Новости
Коронавирус
Болезни и лекарства
Наука
Народная медицина
ЗОЖ

Тиф. Изученный, но не побежденный

Мнение о том, что тиф — болезнь из прошлого — заблуждение. Каждый год в мире тифом заболевают до 20 миллионов человек, и около 150 тысяч из них погибают. Именно поэтому, отправляясь в некоторые страны, например, в Индию, необходимо пропить курс таблеток от малярии и сделать целый ряд прививок, в том числе от гепатита А и брюшного тифа.

Тиф. Изученный, но не побежденный
Фото: НаукаТВНаукаТВ

Название болезни появилось в I веке до нашей эры благодаря древнегреческому врачу и философу Гиппократу.

Видео дня

Слово «tiphos» (тифос) значит «дым» или «туман», ведь один из симптомов болезни — замутненность сознания, когда человек бредит и плохо ориентируется. А из-за того, что тело больного словно горит изнутри, тиф еще сравнивают с древнегреческим мифическим огнедышащим змеем Тифоном. Но, как бы там ни было, и с кем бы ни сравнили тиф, он был и остается смертельно опасной болезнью.

Известны три вида тифа: возвратный, сыпной и брюшной. Все они переносятся тяжело и протекают с очень высокой температурой, лихорадкой, интоксикацией и спутанностью сознания.

Возвратный тиф

Самый неуловимый и странный — тиф возвратный, он начинается с внезапной лихорадки, которая держится несколько дней, а потом так же неожиданно проходит, но спустя пару недель или даже месяцев болезнь возвращается. Из-за того, что обычно возвратный тиф отмечался у контингента ночлежек и приютов для нищих, его часто называли «голодным».

И явилась спирохета

Шел 1868 год. Доктор Отто Обермайер нес дежурство в одной из ночлежек Берлина, когда к нему привезли больного голодным тифом. Врач осмотрел бедолагу и решил исследовать его кровь под микроскопом. Так человек впервые увидел спирохету. Странное спиралевидное существо, по размерам примерно в два-три раза превышающее красные кровяные шарики.

Только спустя годы станет ясно, что спирохета — это целый ряд бактерий, многие из которых вызывают такие заболевания как болезнь Лайма, лептоспироз, сифилис, возвратный тиф.

Самопожертвование ради истины

Несколько лет ученые пытались понять путь переноса спирохеты от человека к человеку, пока в 1874 году возвратным тифом не заболел прозектор одесской городской больницы, некто .

Известие о неутешительном диагнозе коллеге принес заведующий инфекционным отделением доктор Осип Мочутковский. Пациент воспринял новость спокойно и сообщил, что несколько недель назад, работая в лаборатории, нечаянно поранил себе руку стеклянной трубкой, в которой была кровь больного возвратным тифом. Мало того, оказалось, что Минх первую фазу уже перенес, и это была вторая. От медикаментозного лечения он отказался, предписания не выполнял, а вместо этого самопожертвенно изучал естественное течение болезни. Позже выяснится, что и заражение было преднамеренным — Минх сам ввел себе в руку кровь, содержащую спирохеты.

«Ради науки умирать не жалко», — отвечал Минх немногим посвященным в его планы. Несмотря на кризисное состояние, провизор не расставался с блокнотом и термометром, ведя наблюдения. Когда температура поднялась до 40 ℃, Мочутковский не выдержал и попытался убедить коллегу охладиться в ванне со льдом, но Минх был непреклонен. Поразительно, но отчаянный доктор выжил. А его опасный эксперимент доказал, что тиф передается через зараженную кровь.

Но вопрос о том, кто является переносчиком спирохеты оставался открытым. И тогда Минх предположил, что виной всему насекомые. Тогда его никто не поддержал, а спустя 30 лет за подобное умозаключение французский бактериолог Шарль Николь удостоился Нобелевской премии. В тоже время советский микробиолог Николай Гамалея записывает наблюдения, смысл которых сводится к факту потери контагиозности тифозных больных сразу после попадания в лазарет. Ученый связал это с гигиеной, ведь перед госпитализацией в приемном покое всех поступающих раздевали, брили, стригли и мыли. Его французский коллега Николь пошел от теории к практике и доказал, что вши, которые жили на теле больной тифом обезьяны способны заражать других ее собратьев. Более того, оказалось, что эти паразиты переносят не только возвратный, но и сыпной тиф.

Сыпной тиф

Поиски возбудителя сыпного тифа стали фатальными для двух ученых, Рикеттса, который в 1909 году поехал в Тунис, заразился и не смог закончить изыскания, и чешского биолога Станислава Провачека, также погибшего в ходе исследований. Научный труд чеха завершил его коллега и ассистент, назвавший возбудителя смертоносной болезни в честь двух ученых — рикеттсия Провачека.

С началом Первой мировой войны сыпной тиф стал для всей Европы чуть ли не главной проблемой, наравне с действиями немецкого кайзера Вильгельма II, повлекшими голод и антисанитарию — идеальных катализаторов развития эпидемий. Не исключено, что они же породили и испанку — еще один бич, убивший людей столько же, сколько и сама война.

По окончании мировой войны Россию захлестнула война гражданская. Только зарегистрированных случаев с 1918 по 1923 годы насчитывалось около 7,5 миллионов, но предполагается, что реальное число как минимум в три раза больше. Тогда тиф унес жизни 3 миллионов человек, и большевики начали массовую кампанию против сыпного тифа, которая войдет в историю как охота на вшей.

На очередном Съезде Советов Ленин заявляет: «Выход у нас один — или вши победят социализм, или социализм победит вшей!»

Благодаря революционному новоязу, автору пролетарских имен Даздраперма (да здравствует 1 мая), Владлен (сокращенное Владимир Ленин) и Коммунара, в обиход входит слово «сыпняк», а со всех плакатов на людей таращится страшная вошь. Предписывалось мыть головы и тела, а лучше вообще сбривать волосы, а одежду стирать и тщательно утюжить, особенно в складках.

Вакцина Вайгля

Вакцину от сыпного тифа создать не удавалось долго. Первые удачные опыты проводит польский биолог, немец по крови Рудольф Вайгль в 1928 году. В лаборатории института Львова (тогда это был польский город) ученый создал фабрику по выращиванию и заражению вшей кровью человека, больного тифом. Для этого паразитов содержали в коробочках с мелкосетчатым дном, кровь донора вши сосали, но разбежаться не могли и служили биоматериалом для создания вакцины.

В 1941 году, войдя в Польшу, представители немецкого командования находят ученого и предлагают чистокровному арийцу Вайглю стать «рейхсдойче», так сказать, «немцем в законе», и продолжить работу над увеличением объемов вакцины.

Профессор соглашается, взамен потребовав полную свободу в праве набора персонала для своего исследовательского центра. Так ученый спас цвет львовской интеллигенции — как только над кем-то нависала угроза концлагеря, его тут же брали в штат института. Мало того, работникам лаборатории удавалось тайно передавать партии спасительной вакцины в Варшавское и Львовское гетто.

В итоге с помощью вшей отважный профессор спас от тифа жизни тысяч узников.

К слову о статусе «немца в законе» — им Вайгль так и не стал, изначально преднамеренно допустив ошибки в заполнении документов.

Вакцина СССР

В 1942 гду создали советскую вакцину от сыпного тифа. Одним из ее авторов стал блестящий пермский ученый Алексей Пшеничнов. Он же выделил разные группы возбудителей и составил подробную карту, где какой встречается, а потом написал инструкции о том, что делать во время эпидемии. И во многом именно благодаря соблюдению этих инструкций и массовой вакцинации в наше время сыпной тиф стал крайне редким диагнозом.

Брюшной тиф

Симптоматика брюшного тифа похожа на острое пищевое отравление. Отличительная особенность — проявление на теле крупных пятен и тяжелая форма интоксикации. Этот вид, порождаемый бактерией «сальмонелла тифи», кажется, отравлял жизнь людей всегда. Первое описание эпидемии относится аж к 420 году до нашей эры и задокументировано древнегреческим историком Фукидидом. За четыре года пандемия брюшного тифа, который тогда ошибочно прозвали «афинской чумой», погубила четверть населения Афин и стала причиной поражения в Пенелопской войне, оказавшись в итоге отправной точкой заката эллинской цивилизации.

Брюшной тиф наиболее контагиозен. Он передается от человека к человеку через любые выделения. Впервые его возбудитель описал в 1880 году немецкий бактериолог Карл Эберт, а выделил ее в чистом виде его коллега Георг Гафки. С тех пор ее так и называют «палочка брюшного тифа Эберта-Гафки.

Выявив врага, удалось создать вакцину для борьбы с ним. Вакцинации, соблюдение гигиены и термическая обработка еды при высоких температурах, казалось, смогли победить брюшной тиф. Но в начале ХХ-го века эти надежды разрушила американская кухарка.

Заразная Мери или Из ваших рук я не возьму еду, даже если буду умирать от голода

Ее звали Мэри, она была родом из Ирландии и работала в Нью-Йорке, в роли кухарки помогая по хозяйству зажиточным семьям. Девушкой была тактичной, молчаливой, вкусно готовила и имела хорошие рекомендации. Гром грянул, когда она служила на Парк-авеню в доме богатого американского предпринимателя Уолтера Бовена. В один из дней дочь хозяина отказалась от любимого персикового мороженого и выглядела болезненно, термометр показал температуру под 39 ℃. На следующий день с лихорадкой и диареей слегла горничная, а девочке стало еще хуже, тело покрылось тифозными пятнами и вскоре она скончалась.

Через несколько дней после похорон в доме появился специалист по тифу, нанятый бывшим хозяином Мери. Оказалось, что каждую семью, где бы ни работала девушка, поражал брюшной тиф. А сама она не болела. Мэри насильно привезли в больницу, где выявили у нее тифозные бациллы. Через несколько месяцев пациентку перевели из инфекционной клиники Паркера в больницу на острове Норт-Бразер, а еще почти год спустя отпустили, после ее клятвы под присягой, что она больше никогда не будет работать поваром…

Зимой 1915 года неожиданная вспышка тифа возникает в нью-йоркской женской больнице Слоун, 20 пациентов заболевают, один умирает. Для нахождения причины распространения заразы главный врач зовет того же Джорджа Сопера, ставшего знаменитым после дела тифозной Мэри. Изучая личные дела персонала, он находит кухарку Бресхоф по имени Мэри. Да, это была она, сменившая фамилию, но оставшаяся переносчиком тифа. За нарушение присяги безответственная женщина была отправлена на пожизненный карантин.

Любая эпидемия заставляет нас извлекать уроки. Личная гигиена и соблюдение санитарных норм прочно вошли в жизнь современного общества. Отчасти поэтому сыпной и возвратный тиф практически остались в прошлом. А вспышки брюшного нет-нет, да и возникают. Так что этот вид тифа так и остается до конца не поверженным.