Ещё

Врач-гематолог Елена Мисюрина о лечении больных коронавирусом 

Врач-гематолог Елена Мисюрина о лечении больных коронавирусом
Фото: RT на русском
Гематологическое отделение ГКБ №52 перепрофилировали под лечение больных коронавирусом. Об этом RT сообщила глава отделения . По её словам, гематологи прошли курсы по лечению COVID-19, при этом ни один врач не отказался работать в новых условиях. Кроме того, Мисюрина рассказала о новых задачах больницы, помощи волонтёров и обмене опытом с зарубежными коллегами.
— Как изменилась работа больницы и гематологической службы?
— Уже больше месяца вся клиника работает по внебольничным пневмониям и пневмониям, вызванным COVID-19. В гематологических отделениях, до последнего времени, мы проводили химиотерапию и трансплантацию костного мозга. Сейчас задачи больницы поменялись. Мы сейчас перевели практически всех пациентов в другие специализированные стационары. В клинике остались только пациенты гематологического профиля с COVID-19 положительными результатами.
— Выявлялась ли COVID-инфекция у пациентов после трансплантации костного мозга?
— У одной из пациенток после трансплантации костного мозга на фоне восстановления выявился позитивный анализ на коронавирусную инфекцию. И это, наверное, первый опыт в России, когда у пациентки с такой серьезной иммуносупрессией была вовремя выявлена и пролечена вирусная инфекция COVID-19. Она сейчас находится под наблюдением, и мы очень надеемся на скорейшую выписку больной.
Конечно, химиотерапия и коронавирусная инфекция — несочетаемые вещи. И поэтому принципиально перед курсом химиотерапии уточнить статус пациента по COVID-19. Так как если пациент болен с инфекцией COVID-19, то курс химиотерапии необходимо отложить. Если пациент не болеет COVID-19, то можно провести курс химиотерапии.
Но всё равно в работе врачей и медицинского персонала в условиях эпидемии огромное количество нюансов, которые нужно заранее учитывать и предусмотреть. Всё непросто, но если постараться организовать работу правильно, то всё возможно. У пациентов тогда остается возможность продолжения лечения по основному заболеванию. Но все онкогематологические пациенты — это группа очень высокого риска по заболеваемости COVID-19.
— Сталкивались ли ваши врачи с нехваткой препаратов или индивидуальных средств защиты?
— Сразу могу сказать, что не хватает экспресс-тестов. Но на днях пришло сообщение, что зарегистрировали новый тест, который позволит в короткое время проводить диагностику на COVID-19. Очень хочется надеяться, что этот тест будет доступен во всех клиниках и будет действительно качественным. Я не могу сказать за всю страну, но конкретно в нашей клинике лекарств хватает, пациенты получают всю необходимую терапию. Средств индивидуальной защиты тоже достаточно, потому что наша больница начала готовиться заблаговременно.
Есть опасения, что с течением времени может возникнуть дефицит, но хочется верить, что все предприятия увеличат производство, и мы (врачи, медсёстры, санитарки) не останемся на передовой без СИЗ. Многое будет зависеть от того, как дальше будет развиваться ситуация с распространением COVID-19.
— Как изменилась работа гематологов?
— Нагрузка на гематологов, которые проводят высокодозную химиотерапию и трансплантацию костного мозга, всегда была крайне высокая. Но в условиях пандемии нагрузка на врачей многократно увеличивается, независимо от их специализации. Все работают много. В первую очередь изменились условия работы: приходится надевать средства индивидуальной защиты, работать в них достаточно тяжело. Требуется физическая и эмоциональная выдержка.
— Но лечение инфекционных заболеваний — всё-таки не профиль врачей-гематологов?
— Для многих врачей инфекция не профиль. В Москве все врачи, которые работают с коронавирусной инфекцией, прошли курсы по лечению COVID-19. Для нас, гематологов, этот интересный опыт, так как мы проводим высокодозные курсы химиотерапии и в посткурсовом периоде у пациентов развиваются пневмонии (бактериальные, грибковые и вирусные). Кроме того, гематологи достаточно хорошо ориентируются в системе гемостаза. Так что надеюсь, наши знания пригодятся.
— Были те кто, отказался работать с коронавирусными больными?
— В нашем коллективе таких людей нет. Коллектив прекрасно понимал, что если больница начала работать с пациентами COVID-19, то при необходимости гематологов привлекут к лечению этих пациентов. Все сотрудники перенесли свои отпуска на более «мирное время», все готовы работать. Я очень признательна своему коллективу за такое единение, это дорого стоит.
— А что стало с вашими пациентами, которым нужна была помощь?
— Никто из наших больных на данный момент без помощи не остался. В Москве продолжают работать стационары, которые оказывают и экстренную, и онкологическую, и гематологическую помощь.
— В Москве и Подмосковье вводится пропускной режим. Насколько нужны такие жёсткие меры?
— Мое личное мнение как врача: однозначно нужны и необходимы. Чем меньше будет контактов между людьми сейчас, тем больше шансов, что ситуация с распространением вирусной инфекцией быстрее улучшится. Очень хочется, чтобы все подумали о людях, которые находятся в группе высокого риска (онкогематология, онкология, сахарный диабет, иммунодефицитные заболевания и др), которые без продолжения лечения просто погибнут. Им сейчас очень непросто проходить лечение в условиях эпидемии. Можно сказать, что оставаясь дома, вы спасаете чью-то жизнь.
— Как, на ваш взгляд, будет дальше развиваться ситуация? Когда стихнет пандемия?
— Сложно сказать. Если мы все меры будем соблюдать, то месяца 2-3. Если нет, то может до 6 месяцев растянуться.
— Делятся ли опытом борьбы с коронавирусной инфекцией зарубежные коллеги?
— Конечно. Мы общаемся по видеосвязи: организовываем конференции и все делятся опытом. Если появляется какая-то новая информация, то всё выкладывается в общий доступ. Сейчас как никогда единение врачей, учёных по всему миру. Надеюсь «коллективный разум» одержит победу над этим вирусом.
— Что касается механизма развития COVID-19, есть какие-то новые данные?
— Некоторые вещи уже проанализированы. На мой взгляд есть интересные данные, что у человека есть собственные защитные механизмы, которые специфически могут подавлять репликацию этого вируса. Различие в активности этого механизма может определять клиническое течение заболевания у человека. Кроме того, появились данные, что некоторые белки вируса вытесняет железо из эритроцитов, что приводит к тому, что эритроциты не справляются со своей основной функцией переноса кислорода к тканям и запускается механизм гипоксии и гипоксемии.
— Скажите, пожалуйста, как сегодня обычные люди могут помочь, помимо сидения дома, какую волонтерскую работу они могут оказать по борьбе с коронавирусом?
— Волонтерская работа очень важна и нужна клиникам. При всех больницах сейчас есть контактные лица, которые занимаются непосредственно набором людей, которые хотят оказать какую-то свою посильную помощь. В больницах всегда много дел, которые могут исполнять люди без специального медицинского образования: что-то купить, развезти обеды по стационарам, в call–центрах работать и многое другое. Но я бы хотела обратить внимание на донорское движение. Люди не перестают болеть другими заболеваниями, при которых требуется донорская кровь. И большой поклон тем донорам, которые всё-таки приходят сдать кровь.
— Скажите, изменилось ли отношение пациентов к докторам после начала пандемии?
— В гематологии у нас всегда были хорошие отношения с пациентами. Но если в целом смотреть на эту проблему, то на данный момент однозначно улучшилось. Наконец перестали говорить о врачах как о сфере услуг. Эпидемия как-то расставляет все «с головы на ноги», так, как и должно быть. Все заговорили о действительно трудном и очень тяжелом труде врача, об учёных-биологах вспомнили…
Сейчас ушли куда-то рассказы и неприятные истории про врачей, фейковые новости и в целом представление врача в неблагоприятном свете. Все понимают, что жизнь фактически любого человека, который заболеет, будет зависеть от слаженной работы врачей и медперсонала. Все мои коллеги, кто работает непосредственно с больными COVID-19, ежедневно рискуют своей жизнью, находятся в очаге инфекции. И так каждый день! Но какое будет отношение к врачам после победы над эпидемией — не знаю. Жизнь покажет.
— Вы сами не боитесь заболеть?
— Страха, конечно, нет, но болеть не хочется. Все близкие находятся в самоизоляции уже практически месяц. Если обычному человеку выполнять простые рекомендации для профилактики заболевания, то риск минимальный. Но глобально мы все в ближайшие несколько лет переболеем этой коронавирусной инфекцией. Самое главное, чтобы люди перенесли болезнь в лёгкой форме, а учёные побыстрее придумали средство для профилактики заболевания.
Московский врач-гематолог Елена Мисюрина стала известна после скандального уголовного дела. 22 января 2018 года Черёмушкинский районный суд Москвы признал её виновной в смерти пациента и приговорил к двум годам лишения свободы в . Когда процесс был предан огласке, на защиту Мисюриной встало профессиональнее медицинское сообщество, эксперты, пациенты и представители Департамента здравоохранения Москвы. Под влиянием общественности дело отправили на доследование, а приговор в отношении Мисюриной отменили. Сейчас она возглавляет гематологическую службу ГКБ №52 в Москве.
Видео дня. Почему болят ноги по утрам
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео