Мозг — всему голова 

Мозг — всему голова
Фото: Аргументы Недели
Принято считать, что каждое следующее поколение должно быть быстрее, выше, сильнее и умнее предыдущего. Одновременно с этим в обществе распространён стереотип, что «молодёжь нынче не та» и вообще учат плохо — отсюда и все проблемы, как в знаниях, так и в поведении. Ко всему прочему бытует утверждение, что мозг человека постепенно уменьшается, мол, в этом корень всех проблем и ответ на вопрос, почему гениев становится якобы меньше. О том, так ли это, как во всём этом замешан эволюционный отбор, почему одарённость случайна и что продолжает двигать человеком, «АН» поговорили с профессором , эволюционистом, палеоневрологом, заведующим лабораторией развития нервной системы Института морфологии человека .
— Сергей Вячеславович, читал, что мозг человека постепенно и неуклонно уменьшается. Выходит, то, что должно было разгрузить нас от борьбы за выживание и упростить работу, — всевозможные «костыли» человечества, интернет, смартфоны, избыток еды в супермаркете, технологическое развитие — ведёт нас к интеллектуальной деградации?
— Человеческий мозг уменьшался, но этот процесс длился 100 тысяч лет. На протяжении одного поколения ничего уменьшиться не может. Поэтому никакого отношения ни к компьютерам, ни даже к книгопечатанию это не имеет. Все спекуляции относительно того, что из-за развития техники что-то уменьшается в голове, — чистое жульничество.
Также нужно понимать, что мозг уменьшался у жителей тех регионов, где проходил интенсивный эволюционный отбор. Самые жёсткие условия были в Европе. Только там люди умудрялись регулярно проводить крестовые походы, уничтожать друг друга из-за религиозных разногласий и под видом борьбы за свободу выбивать по 60–80% населения. Все эти действия прикрывали истинный мотив — пограбить ближнего. Он прекрасно вписывается в главные биологические цели, которые управляют человечеством, — это еда, размножение и доминантность. И на протяжении тысяч лет это было поводом заниматься искусственным отбором — уничтожением друг друга.
Именно поэтому за последние 70–100 тысяч лет на территории Европы произошло уменьшение массы мозга. Если у неандертальцев и раннихсапиенсов он весил 1560–1600 граммов, то сейчас он в среднем 1320 граммов. Всё благодаря искусственному отбору в форме самоистребления на протяжении многих поколений. А кто обычно выживает в таких условиях и при любой власти? Да самые подлые, самые хитрые и безнравственные, которые могли умело предать соседа, чтобы его обворовать. И сейчас эта публика составляет основу европейской культуры. А все их призывы к морали, гуманизму — не более чем инструменты торговли.
Это у них мозг уменьшился. А в России, Африке и в других местах, где большая территория и многообразие народов, этого не произошло. В России тоже был искусственный отбор, но он носил совершенно другой характер. В городах собирались активные искатели колбасы и доминантности. Они сами мигрировали из провинции в поисках лучшей жизни. Сейчас то же самое — деревенские лезут в города, чтобы занять место под солнцем. Причём делают это опять же по чисто биологическим законам. Но с учётом низкой плотности населения и малого значения городов у нас не происходила редукция мозга, как это было в Европе. Поэтому сохранился полиморфизм мозга, результатом которого является большое число творческих людей. А в Европе их нет. Им приходится или их «закупать», или метисовываться с пришлым населением. Потому что до этого сотни лет они устраивали искусственный отбор по принципу конформизма. Нужен не умный, а максимально покладистый, хитрый и подлый, но социально удобный житель. Такая адаптивная эволюция — это тупик.
— Еда, доминирование, размножение — то, на что мы тратим все свои силы. А если убрать что-то одно или дать достаток, то развитие мозга как-то поменяется?
— Не поменяется. Есть много людей, которые имеют неограниченные ресурсы, например, арабские шейхи. Их семьи в Оксфорде и Кембридже все уже во 2–3 поколении учатся. У них решены все проблемы — репродуктивные, пищевые и красный вместо красной задницы, как у бабуина. Где же среди них художники, поэты? А наши олигархи? С коммунистических времён уже третье поколение идёт, а где таланты среди них? Это же тысячи людей, но никакой позитивной статистики в их среде нет. Скорее наоборот. Их дети попадают в новости не потому, что Нобелевскую премию получили, а потому что в Швейцарии раздолбали пару суперкаров. Причём речь, в том числе, и о детях учёных и ведущих политиках, которые действительно не просто так на своём месте оказались.
— То есть это какая-то система образования должна быть, чтобы стимулировать к свершениям?
— Никакая система образования не сможет этого сделать. Люди из поколения в поколение в Кембридже учатся, куда ещё стимулировать? Уникальность человека в том, что его мозг настолько изменчив, что одарённость или талант, если и возникли, то они будут ведущим отделом поведения.
Мозг, к сожалению, устроен так, что в каждом следующем поколении это уже совершенно другой мозг, и его потенциал практически никакой связи с родителями не имеет. Это абсолютно случайная история — появление таланта. Он может родиться хоть у землекопа, хоть у олигарха.
Поэтому никакой «Сириус» или любая другая система школьного образования ничего не сделает.
— Получается, что человечество будет продолжать мечтать о пальто и малиновых штанах, а не о великом?
— К сожалению, это будет именно так, потому что принципы, положенные в системы социального отбора, порочные по определению. Они не изменились за последние 3 тысяч лет.
Пока не будет церебрального сортинга — морфологического определения конструкции мозга при жизни по определению человеческих способностей и структуры мозга, — ничего не изменится. Компьютерное моделирование и психологи с томографами будут морочить людям голову и дальше.
— А если церебральный сортинг выявит, что человек, согласно способностям мозга, может быть уборщиком, разве это кому-то понравится?
— Почему обязательно уборщиком? Люди разные, и мозг такая конструкция, что вы можете найти человеку ровно такое занятие, от которого он будет получать удовольствие. Задача очень простая. Если ввести церебральный сортинг, создать специальный прибор (сейчас его нет), то мы просто начнём выявлять приоритеты, к которым приспособлен мозг конкретного человека. Это может быть масса вариантов. Может он не уборщиком будет, а министром сельского хозяйства, который не сбежит потом в Швейцарию с миллиардом за пазухой. Специализация может быть разной. Токарь-расточник такая же по сложности специальность как управляющий банком. Только для этого ещё и способности нужно иметь, в отличие от менеджера.
— Я так понимаю, что развить мозг нельзя. Мол, каким родился — таким и будешь. Можно только реализовать его потенциал?
— Да, причём не нужно ждать глубокого маразма, потому что в старости развивать будет уже нечего. Свои прелести есть в каждых возрастных категориях, но принято считать, что инволюция начинается с 50 лет, когда начинают массового гибнуть нейроны мозга, вследствие чего каждые 10 лет «серое вещество» легчает на 30 граммов.
Единственное, что можно сделать, — сохранить мозг подольше, но для этого нужно заниматься интеллектуальным трудом, что, как правило, несовместимо ни с высоким статусом, ни с наличием денег. Обычно чем выше человек забирается, тем меньше мозгов. Заставить голову работать в условиях избытка еды, власти и прочего практически невозможно. Только по крайней необходимости.
И нужно понимать, что интеллектуальная работа — это не разгадывание кроссвордов. В своей книге «Изменчивость и гениальность» я привожу в пример сосудистую систему головного мозга извозчика и профессора математики. Если их сравнить, то там всё ясно с первого взгляда — у извозчика сосудов в несколько раз меньше. Значит, склероз был больше. Поэтому если в качестве интеллектуального занятия — только выбор марки водки в супермаркете, то я сочувствую.
— К слову о супермаркетах, каким должно быть питание с точки зрения пользы для работы мозга?
— Чем более разнообразное, тем лучше. Овощи, фрукты, мясо, рыба, птица и многое другое — всё это нужно. А любые диеты — это смерть для мозга. Обычно те, кто ими занимается, тем мозг не нужен и они им не пользуются. Должна быть разная пища и в случае нехватки чего-либо мозг начнёт голодать по лимитирующему веществу. Вся физиология начинает определяться недостающим компонентом.
— Возвращаясь к идее церебрального сортинга, если человечество пойдёт этим путём, то не возникнет ли проблема кастовости?
— Кастовость уже возникла! Она сегодня такая, что церебральный сортинг по сравнению с ней — это детский сад. Там хоть по способностям всё будет построено, а не как сейчас — сколько ты украл у соседа денег, на такую ступеньку и забрался. Именно это чудовищная кастовость — когда потомственный идиот с тремя классами образования получает доступ к ресурсам, которые способны решать судьбы тысяч людей. Существующей у нас кастовости индусы бы позавидовали. И при этом она пронзает всё! И медицину, и образование, и образ жизни. Причём в отличие от церебрального сортинга такая кастовость и принадлежность к ней — незаслуженные.
— В нынешней системе ещё и создаётся иллюзия, что любой может стать любым…
— Для того чтобы обманывать — это лучший тезис.
Видео дня. Почему зубы мудрости растут криво
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео