Новости
Коронавирус
Болезни и лекарства
Наука
Народная медицина
ЗОЖ

Вам принесли приглашение обследоваться на туберкулёз?

Капитальная многоэтажка в центре Салехарда, престижный район, на подъезде домофон. Около дверей – сотрудники окружного противотуберкулезного диспансера, они ждут, когда кто-то из жильцов их впустит внутрь. Зачем? Чтобы разложить по почтовым ящикам приглашения на обследование.

Вам принесли приглашение обследоваться на туберкулёз?
Фото: Красный СеверКрасный Север

Сотрудники фтизиатрической службы помощник эпидемиолога Виталий Озелов и медсестра Екатерина Саитова за день объезжают по шесть-семь больных, они живут не только на периферии, но и в центре. Больным со стажем напоминают про обследования. Тяжелых сопровождают на госпитализацию в Харп. Отказавшимся от стационарного лечения развозят медикаменты и контролируют прием таблеток.

Видео дня

Медики идут наудачу

В упомянутую многоэтажку заехали не ради рядовой рассылки листовок. В одном из подъездов пять месяцев назад выявили заболевшего открытой формой туберкулеза.

– Благо пациент без сопротивления согласился на госпитализацию в харпский филиал окружного тубдиспансера, – рассказывает корреспонденту «КС» Виталий Озелов, помощник эпидемиолога окружной противотуберкулезной службы. – Но больной проживает не один, с братом. У него при обследовании выявлена эта болезнь в закрытой форме. Мужчина прошел химиотерапию и продолжает находиться под контролем врачей.

Такое соседство повышает риск получить ударную порцию палочки Коха. Кнопки домофона, лифт, система вентиляции – одни на всех. Поэтому, считают медики, каждому жильцу как минимум нужно сделать профилактическую флюорографию.

– Мы не располагаем кодами подъездов. Как объяснить управляющими компаниями цель нашего визита? Разглашать медицинскую тайну нельзя. Каждый раз идем наудачу, – поясняет Виталий Александрович.

К подъезду как раз подходят мама с дочкой, с ними врачи заходят внутрь. Почему они в белых масках, вопросов не вызывает – грипп и ОРВИ в разгаре.

– Мы уже рассылали такие листовки, но на обследование пришли далеко не все. Теперь напоминаем еще раз. Заставить не можем, приходится только надеяться на понимание и ответственность жильцов, – отмечает Виталий Озелов.

Очаг – за пределами квартиры

Заболеваемость туберкулезом в регионе невысока, но в столице Ямала обстановка похуже. 90 салехардцев поражены палочкой Коха, у 38 из них – открытая форма. Здесь нужна более эффективная профилактика.

– Раньше при постановке диагноза больному, поиск зараженных по контакту ограничивался только квартирой, родными и коллегами заболевшего, – рассказала Катерина Кузнецова, главврач окружного противотуберкулезного диспансера. – В этом году мы расширили зону исследования. Начали с соседей по лестничной площадке и довели до жителей всего подъезда. В идеале стремимся к тому, чтобы охватить жильцов всех домов, объединенных одной детской площадкой.

В Москве, куда стекаются гастарбайтеры не только со всей России, но из ближнего зарубежья, по такому методу работают уже пять лет. И смогли сократить заболеваемость и смертность от туберкулеза в пять раз!

Лечат за полгода

Что ждет попавших под наблюдение? Флюорография дважды в год, диаскинтест не только детям, но и взрослым.

Почему нельзя обойтись чем-то одним? Специалисты объясняют, что рентген может пропустить малые формы чахотки, у снимка скромное разрешение. Диакскинтест с высокой достоверностью показывает, активна ли палочка Коха. При положительном тесте отправят на компьютерную томографию легких. В цифровом формате легче разглядеть малейшие изменения.

– Малые формы туберкулеза лечат за полгода, – продолжает разговор Катерина Максимовна. – Хуже, когда больной начнет кашлять кровью и создавать опасность для окружающих. У нас в Салехарде на учёте несколько десятков домов. Сотрудники приглашают жильцов просветить легкие, клеят объявления на двери, но народ не идет. Люди реагируют настороженно, а заставить их насильно заглянуть к фтизиатру мы не можем.

Катерина Кузнецова предупредила, что о результативности работы с расширенными очагами, говорить пока рано. Выявлена группа взрослых с положительным диаскинтестом. Все они прошли лечение. И это уже большая победа.

Ямальская фтизиатрическая служба стремится снизить количество заболевших до 10 человек на 100 тысяч населения. Сейчас – 35 случаев. По России этот показатель равен 48.

ЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ

Отказники упрямятся и управы нет

Несколько адресов, по которым проехал санрейс противотуберкулезного диспансера ЯНАО, находились на окраине. И врачам придется возвращаться туда не раз…

Одноэтажный деревянный дом на четыре квартиры. Строение, кажется, давно ожидает сноса. Но там еще есть хозяева. Одна из них – недавняя пациентка Харпской туббольницы, лежала там дважды.

Болезненно худой женщине 38 лет. Инвалид первой группы. Когда ей вручают приглашение на контрольное обследование, она смущенно улыбается и бормочет: «Сама бы пришла, не стоило так».

Хозяйка говорит, что живет одна на пенсию, из дома выходит только по необходимости. Но пакет пустых бутылок у входа подсказывает, что такая потребность бывает частой…

В квартире все по старинке: вода привозная, печь на дровах. Врачи проверяют, есть ли хлорка для обработки посуды. Они считают, что людей, оказавшихся «на обочине жизни» без внимания оставлять нельзя. Женщина ходит в магазин, получает пенсию, расплачивается деньгами, пользуется банкоматами. Оказаться с ней в очереди за хлебом может любой… Значит, ее здоровье должно быть под контролем.

Следующий адресат – обитатель балка на окраине города. У него открытая форма туберкулеза, «заработанная» в местах лишения свободы. Но он отказывается лечиться в Харпе.

Виталий Александрович громко постучал в дверь. В ответ – тишина.

Рядом ремонтировал машину сосед по балку. Подсказал: если наружная дверь открыта, значит, хозяин дома, просто не открывает.

По его чахотку знает. Месяц назад сделал флюорографию на профосмотре, работает в судоходной компании. Его детям два и четыре года, им запрещено ходить в ту сторону.

– Категорически не общаюсь с соседом. Хотя он по большей части пьет и практически никуда не выходит, – замечает мужчина.

– Нужно обследовать ваших детей, подходите на Подшибякина 51а, – говорит Виталий Озелов. – И жену свою приводите.

Бывшему сидельцу приглашение засунули в дверь. Если через пару дней не отреагирует, к нему наведаются врачи еще раз.

– Принудительное лечение возможно только по решению суда. Нет рычагов для упрямых больных, – пояснил помощник эпидемиолога, когда мы возвращались к «буханке» противотуберкулезного диспансера.

Еще один убежденный отказник с открытой формой чахотки проживает в деревянной двухэтажке на окраине. К мужчине частенько заезжают медики и предлагают отправиться в Харп. Он не прячется, открывает. Но спокойно и уверенно отвечает, что делать там нечего:

– Что здесь, что в Харпе, я одинаково лечусь, пью таблетки. Мне капельницу не сделать, вен не осталось. На Мичурина в дневной стационар приехал бы, но это ведь ехать надо. А у меня температура обычно с утра бывает. Ладно, на следующей неделе загляну к врачу.

На том разговор окончен.

– Более половины пациентов отказываются госпитализироваться в Харп, – с сожалением констатирует сотрудник противотуберкулезного диспансера.

– А сами не боитесь заболеть?

– Нет, привык уже, иммунитет, – смеется Виталий Александрович.

На самом деле все сотрудники ежегодно проходят химиопрофилкатику. В течение полугода пропивают курс препаратов.

А как остальным поддержать здоровье?

– Знание – не повод для паранойи. Рядовые граждане не подвергаются риску ежедневно, как медики из тубдиспансера. Им подходят обычные меры профилактики: здоровый образ жизни и регулярное обследование, – заключил Виталий Озелов.