Ещё

Инсульт — не приговор. Опыт Среднего Урала распространился на всю Россию 

Фото: АиФ Урал
Реабилитация — это в первую очередь упорнейший труд пациента. Об этом накануне Всемирного дня борьбы с инсультом, который отмечается 29 октября, мы говорим с главным реабилитологом Свердловской области, заместителем главного врача Клинического института мозга Еленой ПИНЧУК.
Область — пионер
Рада БОЖЕНКО, «АиФ-Урал»: «Елена Анатольевна, ещё сравнительно недавно трудно себе было представить, что реабилитация пациентов с инсультом будет начинаться на этапе реанимации».
Елена ПИНЧУК: «Да, подход изменился кардинально. Раньше пациенты уезжали даже не на реабилитацию, а на санаторно-курортное лечение через четыре-шесть месяцев после мозговой катастрофы. Считалось, что до этого их не надо трогать. Причём это касалось не только инсультов, но и инфарктов, например. С 2013 года в России запускается пилотный проект по реабилитации, и площадкой для его реализации стала Свердловская область. Была внедрена трёхэтапная система реабилитационного лечения, которая, действительно, начиналась с этапа оказания неотложной помощи. В первичных сосудистых отделениях, куда пациент с инсультом поступал, были организованы мультидисциплинарные бригады, куда входили специалисты разных профилей: инструкторы и врачи ЛФК, логопеды, эрготерапевты, клинические психологи. Их задача была начать раннюю реабилитацию. То есть с пациентом, при условии его стабильного состояния, начинали заниматься в первый-второй день его пребывания в стационаре. После завершения этапа оказания неотложной помощи пациент переезжал в отделение медицинской реабилитации. Когда мы начинали, в области было четыре таких отделения, сегодня их уже 11. И, наконец, когда пациент достигал определённой степени самостоятельности, начинался третий этап — его направляли либо в дневной стационар, либо в загородный центр реабилитации. На сегодняшний день в программе работают три таких центра области.
Вот такой механизм был выстроен, причём он работал (и работает) по принципу „с койки на койку“, то есть без заезда (или с кратковременным заездом) домой. В итоге столь длительный — около двух месяцев — процесс активной реабилитации позволяет активно восстановить пациента, после чего он уже занимается реабилитацией в амбулаторных условиях».
— То есть пилотный проект себя оправдал?
— Не то слово! Он показал настолько высокую эффективность, что сегодня практика проекта распространена на все регионы России. Более того, трёхэтапное реабилитационное лечение является обязательным структурным элементом оказания помощи при инсульте, инфаркте миокарда, травме.
В этом году проект получил продолжение — к нему подключаются социальные службы, и вновь Свердловская область стала пионером. Сейчас идёт создание механизма межведомственного взаимодействия для «подхвата» пациента с медицинского этапа на этап социальный. Кроме того, в этом году в нашем регионе внедрена действующая модель детской реабилитации. К сожалению, у наших деток тоже случаются травмы, инсульты, онкологические заболевания, требующие восстановительного лечения.
— В чём выражается эффективность такого подхода к реабилитации?
— Опять же в этом году была проведена предварительная оценка эффективности реабилитации. Я не могу сказать, что за три года у нас существенно снизился показатель инвалидности — так быстро это не происходит. Но было чётко замечено: у пациентов, которые прошли курс реабилитации после неотложной помощи, процент повторных инсультов снизился практически в четыре раза. Думаю, что впоследствии мы увидим и если не снижение процента инвалидности, то снижение её степени, тяжести.
— От чего зависит успех реабилитации?
— От многих факторов. Но в первую очередь, к сожалению, от мотивации пациента.
— Почему «к сожалению»?
— Это самая большая проблема. Наши пациенты часто либо ждут чуда — самостоятельного восстановления, либо «чудесной таблетки», которая поставит на ноги и вернёт утраченные функции. Но реабилитация — это тяжёлый, упорнейший труд пациента. Мы так им и говорим: «У вас здесь пяти-шестичасовой напряжённый рабочий день». Плюс пациенты получают «домашние задания» для самостоятельных занятий.
И при такой интенсивности система не может не быть эффективной. Но, если пациент не мотивирован, насильно с ним ничего невозможно сделать.
Ручной труд
-Я правильно понимаю, инсульт сегодня — не приговор?
— Он уже давно перестал быть приговором. Смертность от сердечно-сосудитых заболеваний, в том числе инсульта, инфаркта, значительно упала. Она, да, ещё остается высокой, но стойкая тенденция к снижению есть. И восстановление после инсульта возможно, хотя, повторюсь, это потребует и поддержки семьи, и огромных физических, моральных затрат пациента.
— А материальных?
— Реабилитационное лечение проводится в рамках программы ОМС. Да, реабилитация очень дорогая, потому что это ручной труд, это не поточная технология — это индивидуальные занятия. Но все затраты компенсирует государство.
Правда, иногда пациенты считают, раз в законе прописано реабилитационное лечение, значит, его обязаны предоставить в любом случае. Но там также прописаны и определённые противопоказания. Причём, как правило, эти противопоказания не имеют никакого отношения к тяжести инсульта. Чаще всего это противопоказания по сопутствующим заболеваниям. И на первом месте — это хронические сердечно-сосудистые патологии: сердечная недостаточность, нарушения ритма. Они, как правило, препятствуют направлению пациента на процесс реабилитации. Потому что, повторюсь, реабилитация — это тяжёлый труд, пациент, по сути, ежедневно должен отстоять смену. Не каждый сердечник способен это перенести. Риск того, что после такой интенсивной нагрузки пациент уедет отсюда с инфарктом, выше, чем польза от реабилитации.
— Насколько область обеспечена специалистами в области реабилитации?
— Незначительные кадровые проблемы есть, но они решаемы. Обучением специалистов занимаются и педагогический университет, и медицинский колледж, и УрФУ, и филиал Челябинского университета физической культуры. Кроме того, на уровне Министерства здравоохранения РФ создана обучающая программа специалистов междисциплинарных бригад, а наша клиника является одной из баз обучения бригад, которые начинают работать с пациентами на этапе реанимации.
Кстати, сейчас у нас появляется новая специальность — эрготерапевты. Это специалисты, которые учат пациента всё делать заново: чистить зубы, кушать ложкой, одеваться и так далее. Иными словами, это специалисты, которые обучают пациентов жить дальше при том дефекте, который у него сформировался. Это очень творческая, креативная профессия. Один из наших эрготерапевтов как-то пошутил, что это единственный специалист, который может бегать по клинике с пилой и молотком. Где-то что-то для пациента подпилить, подколотить или дать ему в руки молоток, чтобы он вспомнил, как гвозди заколачивать.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео