Ещё

В России создали «антибиотик последней надежды» 

Автор:
Когда мы только произносим словосочетание «защитник Отечества», кого себе представляем? Солдат на параде? Танки и самолеты? А может, военный госпиталь и раненого бойца всего в бинтах? А никогда не задумывались, что у него под бинтами и чем лечили тогда разорванную плоть?
А это была знаменитая мазь Вишневского — болтушка из дегтя и касторки с примесью ксероформа — химического вещества на основе висмута. Тот запах не спутать ни с чем. Другим антисептиком был белый порошок стрептоцид — сульфаниламид с неустойчивым действием. Лечили, но к нему быстро возникало привыкание, да и не убивал стрептоцид бактерии, а лишь «тормозил» их. Отсюда и много ампутаций. Воспалилась рана на руке или ноге — приходилось конечностью отрезать, дабы не пустить инфекцию дальше.
Немцы пытались выжать из сульфаниламидов больше, чем они могли дать, — разрезали органы заключенных в концлагерях и в раны засыпали землю, стекло, опилки, всякую грязь. Добивались заражения и даже гангрены, а потом пытались лечить подопытных сульфаниламидом. Выживших было мало. Руководил программой опытов нацистский доктор Гебхардт — личный врач Гимлера. По итогам Нюрнбергского процесса Гебхард был повешен.
К концу Второй мировой чудесное средство — антибиотики — против раневой инфекции было найдено и даже запущено в производство. Живое лекарство. Первым стал пенициллин. Изначально это — плесень. Можно сказать, «боевая» плесень, уничтожающая бактерии, например. стафилококк.
О, это была гонка, сравнимая с атомной! Вообще первый пенициллин случайно как ненароком выросшую плесень открыл англичанин Флемминг еще в 1928 году. Но Англия сама не справилась с созданием лекарственной формы и производством нового чудо-лекарства. Изобретение оказалось в США в 1942-м. В американские войска пенициллин поступил уже в середине 1943-го. И лишь в конце 1944-го, после открытия Второго фронта, американцы стали продавать ограниченные партии пенициллина Советскому Союзу. За бешеные по тем временам деньги — по 4 доллара 40 центов за ампулу в первых партиях.
Мы тогда с американцами и англичанами были союзниками. Сталин хотел купить у США лицензию на пенициллин. Уже договорились о сумме. Потом она удвоилась. Мы согласились. Потом Америка вообще отказались продавать, мол, против англичане — из-за авторского права.
Вообще странный аргумент между союзниками, да еще когда на Восточном фронте гибли миллионы, раненых было еще больше. Но если все же именно англичане воспротивились, то это — политическое решение, которое в Лондоне мог принять только Черчилль. Ему лечить раненых советских солдат было не нужно: зачем, если у русских другие есть?
Тем временем в Советском Союзе шли свои эксперименты по работе с «боевой» плесенью. С 1942 года коллектив профессора Зинаиды Ермольевой перешел на круглосуточный режим работы. Слухи о чудодейственном лекарстве, да еще живом, что уничтожает бактерии, ходили давно, но секрет волшебного вещества Америка оберегала как самую строгую военную тайну.
Однако в 1942 году, примерно тогда же, когда английский пенициллин оказался в США и запускался в производство, Ермольевой удалось выделить советский антибиотик крустозин из отечественного штамма. До фронта наш пенициллин дошел лишь в конце 1944-го, правда, только для испытаний. В промышленных масштабах мы стали производить антибиотики после войны.
Наученный горьким опытом Великой Отечественной Советский Союз уделял особое внимание развитию микробиологической промышленности, в частности, производству антибиотиков. Еще бы! Чего стоит военная техника и миллионы солдат, если армия не сможет лечить своих воинов, и те станут гибнуть от попавшей в царапину грязи?!
Так что живые лекарства — антибиотики — приравняли к оружию и важному фактору национальной безопасности. СССР производил очень качественные антибиотики и широко экспортировал их. Более того, своим друзьям мы строили фармацевтические заводы — часто безвозмездно или на очень льготных условиях. В странах социалистического блока Восточной Европы, в Китае и Индии благодаря СССР выросла целая индустрия по производству лекарств, включая антибиотики. Туда уходили формулы и технологии. Оттуда к нам приезжали учиться всем этим пользоваться.
После развала СССР рухнула и наша фармацевтическая промышленность. Выпускать прекратили даже субстанции. Стали жить импортом и лекарственными подделками. И вот добрая весть прям ко Дню защитника Отечества. В Саранске (Мордовия) запущено новое промышленное производство отечественных антибиотиков. С нуля. Производство полного цикла — от штамма до готовых лекарственных форм. Важно это? Архиважно! Это — лекарственная безопасность страны. Еще точнее — условие национального суверенитета, ведь никто не гарантирует, что в один прекрасный день под дурные санкции не попадут и антибиотики последних поколений. Да и наши лекарства в любом случае будут дешевле и надежнее. Мы сами сможем контролировать, из чего они сделаны.
Автор: Алена Рогозина
Амбициозный проект «Ванкомицин» стартовал. И теперь практически в центре Саранска действует уникальное производство: синтезируют и ферментируют антибиотики четвертого и пятого поколений. В России технология аналогов не имеет.
Первый штамм синтезировали сами, и это абсолютное ноу-хау. Министру здравоохранения показывают весь цикл производства «Ванкомицина». Его называют «антибиотиком последней надежды». Он помогает тогда, когда другие средства уже не работают.
Мультирезистентные бактерии — страшный сон врачей. Они устойчивы практически к любым видам антибиотиков, убивают за считаные часы. Врачи остаются бессильны. ставит мультирезистентные инфекции на первую строчку глобальных угроз в мире, бросающим вызов прорывным разработкам и новейшим технологиям.
"Мультирезистентные бактерии — это танки, они прорывают оборону практически любого организма. Чтобы с ними бороться, надо постоянно вырабатывать антибиотики", — сказал Василий Купцов, заместитель исполнительного директора по разработке фармацевтической компании «Биохимик».
В России технологию производства практически утратили в провальные 90-е. Сегодня отечественные фармацевты в самостоятельное производство антибиотиков идут неохотно. Вложения — миллиардные. Срок окупаемости — большой. Минимизировать затраты в проекте «Ванкомицин» получилось за счет старых производственных резервов саранского завода «Биохимик». В советские годы здесь производили тонны пенициллина.
Ржавые вентили. Ферментаторы и трубы покрытые асбестом. Вместо компьютеров — самописцы. Так выглядело предприятие совсем недавно. Движение к инновациям — стремительное. Оборудование модернизировали и наполнили новым технологическим содержанием.
Начало производства: штаммы размножаются в посевной лаборатории. Потом — отбор лучших образцов. Материал пересаживают в жидкую среду и отправляют на неделю в шейкер. Активный рост. В реакторах-ферментерах бактерии защищаются от неблагоприятного давления, повышенной температуры и вырабатывают живой антибиотик.
До сих пор отечественное производство было ориентировано в лучшем случае на изготовление препаратов из привозных субстанций. Технологическую цепочку пришлось создавать заново: искать специалистов, восстанавливать лаборатории, ремонтировать оборудование.
Уникальное производство запущено. На первый взгляд, ничего особенного не происходит. Но микроорганизмы уже начали наполнять ферментатор — бочку в два этажа. 150 квадриллионов бактерий уже вырабатывают антибиотик.
По трубопроводам субстанция поступает в специальные фильтры. Конечная очистка. Даже не микро-, а наноуровень! Упаковка. Контроль качества. Никаких роботов — только ручной труд. Каждая партия — под роспись. Производство — с колоссальной степенью ответственности.
"На заводе есть специальный человек, который лично отвечает за качество, его имя вписано в сертификат качества", — пояснил , председатель Совета директоров УК «Промомед» фармацевтической компании «Биохимик».
Обновленный завод «Биохимик» — уже один из самых активных мировых лидеров производства современных антибиотиков. Через несколько месяцев рассчитывают на первые международные контракты. Для врачей и фармацевтов из Германии как раз недавно устраивали экскурсию.
"Меня поразил завод по производству антибиотиков, и в этом смысле это прекрасная база для сотрудничества, мы могли бы закупать новые антибиотики у «Биохимика». Это взаимовыгодно", — уверен Френк Дюрек, директор Biesterfild Intertnational.
Сейчас поиски живых лекарств — антибиотиков новых поколений — от разных видов вирусов идут в лабораториях и научных центрах всего мира, и у России здесь впервые после долгого перерыва — лидирующие позиции. Первое в России промышленное производство полного цикла антибиотиков нового поколения выпуском только «Ванкомицина» не ограничивается. Завод — это еще и крупнейший в стране биотехнологический центр.
"Кроме нас только в Соединенных Штатах Америки создаются антибиотики пятого поколения в таблетированной форме. Кроме того, уровень контроля соответствует всем требованиям Российской Федерации и мировым. Экспортный потенциал очень большой", — заявила министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова.
В планах — более 20 видов оригинальных антибактериальных препаратов пятого поколения к 2020 году. Проблема только одна — нехватка кадров.
Открывают профильную кафедру совместно с Мордовским университетом. Интерес у ребят — огромный. Конкурс — десять человек на место.
Запуск первой в стране линии по производству антибиотиков, где отечественное все, начиная от первого микроба и заканчивая готовой ампулой, — событие не просто важное — стратегическое для лекарственной безопасности страны. Перспективы и планы у «Биохимика» — огромные: производство и синтез антибиотиков четвертого поколения — «Ванкомицин» — и пятого поколения — «Телаванцин», «Оритованцин», «Рамопланцин». Это и уже существующий резерв здоровья, и новый стандарт не только отечественной, но и мировой фармацевтики.
Видео дня. Что нужно знать об инфаркте
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео